Самара сегодня >> Cамара-городок >> О Самаре в прессе
(с 2001 г.)


2001. Сергей Авдеев

Радик Кагиров
В 1995-1996 гг. по ОРТ шла серия роликов "Русский проект". В одном из них два звездных актера, Никита Михалков и Владимир Машков, играли роли космонавтов. Один из них показывал сверху на изгиб Волги и на город Самару и говорил, что у него там мама. В космосе в это самое время работали реальные космонавты, один из которых, Сергей Авдеев, - уроженец Самары
- Видели ли вы рекламный ролик с Михалковым и Машковым?
- Не видел, но слышал о нем.
- Я об этом просто не знал, думаю, это получилось случайно.

 
- Кажется, это яркий пример того, как мало внимания обращают на космонавтику и на космонавтов?
- Да не стоит по этому поводу сокрушаться, много важного и значительного остается незамеченным. Так уж сложилось, такова жизнь. Общественное мнение всегда право, в том числе и в том, какое место оно отвело космонавтике. К тому же то, что остается незамеченным сейчас, возможно, будет оценено потом.
- Все-таки складывается ощущение, что космонавтика недостаточно сама себя рекламирует...
- Космонавтика - не жвачка и не прохладительный напиток. Точно так же не рекламируют себя математики, физики, химики. На мой взгляд, космонавтика тройственна. Наверху политика, то есть демонстрация лидерства и высокого развития. Другая сторона - техника сама по себе. А с третьей стороны - это наука. Политика себя рекламирует очень активно, а вот то, ради чего все это делается, остается на заднем плане. И это плохо. У американцев есть специальный телеканал, где люди имеют возможность смотреть очень интересные познавательные фильмы о космосе, в том числе и снятые в космосе. У нас этого, к сожалению, нет. И сейчас в России по сравнению с другими странами наименьший интерес к космосу, особенно у молодого поколения. Только узкий круг детей, чьи родители работают на космических предприятиях, имеют возможность сходить, скажем, в ЦУП и узнать больше об этой деятельности. Хорошо, что хоть сейчас это стало доступным и не таким закрытым, как раньше. У меня мать и отец работали на заводе имени Масленникова, и я не знал, что они делали. Для меня в детстве было кошмаром и сильнейшим стрессом, когда в школьных сочинениях надо было писать о родителях - я не знал, чем они занимаются.
Американцы провозглашают очень хороший девиз: Space is our future (космос - наше будущее). Мне он очень нравится. Они под этим лозунгом привлекают людей к творчеству, к общечеловеческим ценностям, к высоким устремлениям, которые связаны не только с космосом. А мы сейчас так увлеклись "баксами", что почти ничего не видим вокруг себя. Особенно это касается молодежи. По детям своих однокурсников я вижу, что дело идет к их оболваниванию. Это большая проблема.
- Было ли вашей мечтой стать космонавтом?
- Нет, я просто хотел быть физиком. Шесть лет обучаясь в институте и после этого девять лет работая в НПО "Энергия", я никогда не думал, что стану космонавтом, не мечтал. Просто однажды случайно узнал, что в НПО "Энергия" есть отряд космонавтов... Многие мои знакомые очень хотели стать космонавтами, они специально шли в соответствующий институт, а потом в ту фирму, которая близка с отрядом космонавтов. Но я не знаю ни одного из них, кто бы прошел. Просто так жизнь складывается, что иногда попадаешь в нештатные ситуации.
- Вы сталкивались со многими нештатными ситуациями на орбите и с ними успешно справлялись. В прессе много было сообщений о многочисленных авариях на "Мире"
. - То же самое, что раньше, только наоборот. Раньше были только достижения, праздничные плакаты и прочее, а о проблемах умалчивали. Сейчас об успехах почти не говорят, зато сообщают только об авариях. А они всегда были, есть и будут. Это просто такая работа.
- Если честно, страшно ли там, в космосе?
- Когда как. Здесь, на Земле, бывает, тоже боишься. Я был просто поражен однажды, году в 89-90-м, когда мне брат привез газету со статьей о событиях в Чапаевске, где я родился. Там рабочие после ночной смены боялись возвращаться домой, потому что какие-то местные подростки ничего лучшего не придумали для своего развлечения, кроме как из найденных где-то винтовок и обрезов стрелять по прохожим, которые идут по ночным дорогам из-за отсутствия какого-либо транспорта. Это куда страшнее, чем на орбите. Там, в космосе, свой страх, который ты понимаешь. Опасностей не ожидаешь каждую секунду, но вообще их представляешь и, соответственно, к ним готовишься.
- Космонавты - практичные люди?
- Я бы сказал, что очень непрактичные.
- А разве большая ответственность и работа с чрезвычайно дорогой техникой не формируют жесткость, такую, скажем, как у военных или менеджеров?
- Жестких людей среди космонавтов мало, они просто люди, причем разные. Но нет солдафонов и "авторитетов". Они там просто не выживут, погибнут в той среде, где оказываются космонавты. И космонавтика отбирает людей душевных. Они очень мягки и ранимы, каждый по-своему, но, конечно, как и все люди, они очень разные. Космонавты жестки к человеческим взаимоотношениям. На Земле это не так опасно, если кто-то подвел кого-то, а в космосе это может привести к гибели того человека, которого "подставили".
Что касается сравнения с менеджерами, то менеджер на Земле знает, что он работает в фирме, которая имеет оборот, скажем, 100 миллионов долларов. Если такой-то человек ему мешает - нужно его уволить, этот ленивый - его нужно взбодрить, тот хороший - его поощрить. В космосе люди управляют техникой, которая намного-намного дороже, нежели сотрудник любой фирмы может себе представить. На орбите крутятся миллиарды долларов, рублей, франков - там все вместе. Космонавт этой цифры не знает, ее никто не знает. Могут быть только оценочные данные, плюс-минус столько-то. Там дело не в деньгах, а в интересе к работе. То, что там связывает людей, никакими цифрами не оценивается, никакими деньгами не выражается.
- В обычной жизни мы часто страдаем забывчивостью. Как вы на такой огромной станции умудрялись делать столько дел и ничего не упускать?
- Напоминают. К тому же мы имеем план на весь полет целиком, конкретный план на две недели вперед, детальные планы на сутки вперед по часам и минутам... Правда, в последних полетах, у 26-27-й экспедиции, общего плана мы не имели, только приблизительно. Например, я не знал, когда приземлюсь и что предстоит делать в полете. Мы готовились к одному, а получилось другое. Собирались приземлиться тогда-то, а приземлились позже и т.д. и т.п.
- К вам в полете ведь пристыковывались американские челноки. Вы бы хотели слетать на "Шаттле"?
- У американцев в отряде космонавтов около 300 человек. Из них летают 30, а остальные 270 ждут, готовятся, учатся. Они не хуже, не глупее, такие же, но летают только 30. У нас пропорция лучше. Из, допустим, 30 человек в отряде 20 уже в программе, а 10 ждут своей очереди.
- Видели ли вы фильм "Армагеддон"? Там довольно комично изобразили русского космонавта.
- Видел, и он мне не понравился. Это всего лишь художественный фильм, просто фантазия. Вообще же показанная там идея разрушения астероидов, угрожающих падением на Землю, очень хорошая.
- В космосе вы были рекордно долго, почти 748 дней. Всегда ли было интересно смотреть на Землю?
- Конечно. Она всегда разная, всегда меняется. Летом одна, зимой другая. И зимы в разных полушариях разные.
Газета "Самарское обозрение"
№ 25 от 18.06.01

Весь материал читать по ссылке internetelite.ru/so/second_page.phtml?36-1.DOC&/so/so2001/so025&архив